Оксфорд и Кембридж. Непреходящая история  - Петер Загер

Стоя в позе военачальника, вход в библиотеку охраняет 3-й граф Пемброкский, канцлер университета и благотворитель. В его честь назван Пемброк-колледж, а скульптурное изображение приписывают Хуберу Ле Суэру (около 1640 года, на основе портретного изображения Рубенса).

Томас Бодли основал библиотеку «для Оксфордского университета и Республики ученых», как гласит латинская надпись над входом. На внутренней стороне арки портала изображена Книга Книг – раскрытая Библия на синем фоне, и рядом надпись по-гречески: «Вы найдете его в Храме, среди учителей» (имеется в виду двенадцатилетний Иисус, образец для подражания всем школярам в храме книг).

Через вестибюль с магазинами, бывший просколиум, мы попадаем в Школу богословия. Актовый зал теологического факультета стал первым большим университетским зданием. Недостаток денег тормозил строительство, начатое в 1424 году, и завершилось оно лишь в 1483-м. Но с каким размахом! Роскошно декорированный свод изысканной конструкции, «одно из чудес Оксфорда» (Певзнер). Свободно свисающие замковые камни между четырьмя перекрестными арками свода создают иллюзию веерообразности. Но это не веерный свод, а лиерный, с опорой на перекрестные нервюры, ударная точка позднеготической оригинальности – вероятно, творение Уильяма Орчарда, главного архитектора Магдален-колледжа. Как звезды, в своде сияют геральдические и аллегорические замковые камни, более четырехсот скульптур, на многих из которых есть гербы основателей: Эдуарда IV, епископа Лондонского и других спонсоров из клира и знати. На одной из скульптур вырезаны инициалы У. О. (Уильям Орчард).

В 1488 году над этим роскошным залом была построена новая библиотека герцога Хэмфри, зародыш Бодлианской библиотеки. Милейший Дюк Хэмфри, как называли герцога Глостерского, был братом короля Генриха V. Он окончил Оксфорд (Баллиол-колледж), стал героем войны, дружил с итальянскими гуманистами и коллекционировал рукописи. Их-то он и подарил университету, присоединившему коллекцию к собственному собранию из церкви Св. Девы Марии, – около шестисот томов. Впрочем, библиотека эта устарела в день своего открытия в 1488 году, ибо в то самое время, когда революция, порожденная книгопечатанием, добралась наконец до библиотек, в ее распоряжении были лишь рукописи. А так как университет не обладал достаточными средствами, чтобы позволить себе роскошь приобретения печатных изданий, в 1550 году библиотеку пришлось закрыть. Так начиналась триумфальная история Бодлианской библиотеки.

Человек, чье имя с тех пор неразрывно связано с ней, сэр Томас Бодли, преподавал в Мертон-колледже греческий и иврит, прежде чем сумел преуспеть на дипломатической службе у Елизаветы I. На собственные средства он снабдил «огромную заброшенную комнату», обнаруженную им над Школой богословия, новой обстановкой. В 1602 году он открыл библиотеку, обладавшую двумя тысячами томов и кессонными потолками, которые были украшены гербами – как университетским, так и его личным. Из этого единственного помещения библиотека постепенно разрасталась до нынешних двенадцати зданий.

Бодли, находясь под впечатлением от библиотечных залов на континенте, одним из первых ввел в Англии новую систему. В торцовом флигеле искусств Артс-энд (1610–1612) книжные полки располагались не поперек, как это было еще у Дюка Хэмфри, а распределились по стенам – «стенная система» вместо «системы кабинок». Доступ к верхним полкам обеспечивали галереи, поддерживаемые изысканными тосканскими колоннами. Так же организован и западный торцовый флигель Селдон-энд (1624–1636), расположившийся над Оксфордским советом и Канцлерским судом, старинными залами для собраний и осуществления правосудия.

Бодлианская библиотека, чаще называемая the Bod, на самом деле состоит из многих библиотек, бывших частных собраний, когда-то принадлежавших разным ученым, епископам, юристам – книжным червям всех мастей. Сотни арабских и греческих рукописей раньше принадлежали епископу Лауду, манускрипты на иврите из Оппенгеймской коллекции – главному раввину Праги, от юриста Фрэнсиса Доуса библиотеке досталось бесценное собрание первопечатных изданий, инкунабул, иллюстрированных рукописей, книг-символов и макабров. А с 1989 года появилось еще около двадцати тысяч книг Opie Collection, одного из самых значительных собраний детских книг.

А что же раритеты? Самый ранний текст «Песни о Роланде»; первый из сохранившихся список «Правил святого Бенедикта», датируемый viii веком; «Книга о разнообразии мира» Марко Поло; «Шахнаме» Фирдоуси; The Gough Map – одна из старейших карт Англии (ок. 1360); еврейская Кенникотская Библия, шедевр искусства книжной иллюстрации сефардов (1476); типографский оттиск «Логико-философского трактата» Людвига Витгенштейна – вот лишь некоторые из жемчужин этой книжной сокровищницы. Есть в ней и иллюстрированные гравюрами средневековые рукописи (многие из монастырей, распущенных в эпоху Реформации); шедевры византийского, персидского, индийского искусства иллюстрации. Разумеется, есть Библия Гутенберга, рукописи Обри, Шелли, Бекфорда, Толкиена, Чандлера, множество писательских архивов. Знаменитые черные «четвертные тетради» Кафки тоже находятся здесь: две трети его наследия, включая тексты, послужившие основой для издания, подготовленного оксфордским германистом сэром Малькольмом Пэсли.

Наряду с Британской и Кембриджской Бодлианская библиотека обладает правом копирайта. В 1610 году Бодли лично позаботился, чтобы Лондонский союз книготорговцев передал его библиотеке право получать по одному бесплатному экземпляру каждой книги, выходящей на территории Англии (за исключением печатавшихся в Кембридже). Конечно, Бодли и предположить не мог, насколько мощными станут однажды потоки получаемых таким образом книг. Сейчас библиотека получает в год около восьмидесяти тысяч одних только копирайтных экземпляров – вдвое больше, чем весь ее книжный фонд в 1714 году. На неизбежный вопрос, сколько же у них всего книг, библиотекари дают ответ в милях: «Около ста двадцати миль книжных полок». Любое конкретное число уже в момент произнесения оказалось бы сильным преуменьшением. Фонды Бодлианской библиотеки в 2000 году составляли примерно семь миллионов книг и возрастали на четыре километра полок ежегодно, то есть примерно на сто тридцать тысяч книг. До сих пор тут собирают почти все книги, даже телефонные. «Никогда не знаешь, что в будущем станет важным». Когда Бодли приобрел собрание древних китайских книг, в Оксфорде не было ни одного человека, способного их читать; сегодня подобных инкунабул не найти даже в Китае.

Первые каталоги фондов Бодлианской библиотеки послужили образцом для остальных. Позднее их принцип каталогизации сочли скорее эксцентричным. Долгое время названия вписывались в фолианты без указания картотечного индекса. Сегодня даже и в этой средневековой библиотеке электронные каталоги – нечто столь же естественное, как и пюпитры для чтения с подключением к Интернету. BARD – Bodlean Access to Remote Databases (Бодлианский доступ к удаленным базам данных), к примеру, обеспечивает читателю электронную связь с каталогами сотен профильных библиотек мира. При этом, несмотря на то что с 1757 года книги здесь не приковываются цепями к пультам, Бодлианская библиотека по-прежнему остается «цепной». Книг на руки не выдают, работать с ними разрешается только здесь, в одном из двадцати девяти читальных залов. Даже королю Карлу I было отказано в привилегии брать книги на дом, как, впрочем, и Оливеру Кромвелю. Вместо нужной ему книги библиотекарь подарил Кромвелю копию устава Бодли, запрещающего вынос книг из помещения.